Александр Неукропный

"В эту ночь решили самураи…": какие тайны хранит Халхин-Гол

Почему-то совершенно никем не замечено прошло 80-летие событий, без преувеличения, ставших для нашей Родины историческими, причем по целому ряду аспектов – окончание боев по отражению агрессии империалистической Японии на реке Халхин-Гол. Соглашение о прекращении военных действий, вступившее в силу на следующий день после подписания, было заключено между СССР, Монголией и Японией 15 сентября 1939 года.

В следующий раз с оружием в руках воинам двух держав было суждено встретиться только через шесть лет – в сентябре 1945-го.

 К огромному сожалению, сегодня в России изрядно подзабыты как героические дела тех дней, так и, тем более, предшествовавшие им и имевшие к сражениям на далеких реках и сопках Монголии вовсе не героические, а темные и предательские делишки. Ну, разве, что все так же любят в стране родившуюся именно после Халхин-Гола песню "Три танкиста". Что ж, постараемся восполнить досадные упущения – будем вспоминать вместе.

"Великая Япония" на крови и костях

К моменту событий, о которых у нас пойдет речь далее, Японская империя, в которой заправлял не столько ее формальный правитель, сколько окружавшие его трон генералы, поставила перед собой простую и ясную задачу – завоевание мирового господства. Ну, так, чтоб уж не мелочиться… Каким образом несчастный земной шарик собирались делить со своими лучшими друзьями – нацистской Германией и фашистской Италией сперва было не совсем понятно. Ведь Берлин и Рим стремились к той же самой цели, но естественно, в роли властелинов мира видели себя, любимых, а никак не японцев. Впрочем, в 1940 году разобрались таки, подписав в Берлине знаменитый Тройственный пакт, ставший прямым продолжением пакта Антикоминтерновского. В соответствии с таковым немцам доставалась Европа, итальянцам – Африка, японцам – Азия. Все ровненько, почти по-братски. Впоследствии к этой веселой компании подтянулась сволота помельче – всякие там Венгрия с Румынией и Словакия с Болгарией. Эти тоже рвались хоть немножко овладеть миром, ну им и наобещали чего-то там. Самое интересное, что перед подписанием соглашения, Гитлер весьма активно звал примкнуть к нему и Советский Союз: мы, мол тут собираемся маленько раздербанить "наследство" старушки Британии, так присоединяйтесь, товарищи! Из Москвы послали – вежливо (все-таки Пакт о ненападении), но крайне жестко. Фюрер обиделся, надулся и принялся строчить план "Барбаросса"…

Вернемся, впрочем, к Японии. Для начала Токио требовалось завоевать Китай, ключом к овладению которого должен был стать захват Маньчжурии и Монголии. Во всяком случае, именно такой предельно конкретный и продуманный план изложил японскому императору Хирохито в своем знаменитом меморандуме генерал Танаки, ставший в 1927 году премьер-министром страны. Монарх был благосклонен, и дело пошло… Корею самураи вполне благополучно захапали еще в 1910 году, после бездарно проигранной Российской империей войны. А в 1927 они полезли уже в раздираемый гражданской войной и смутой Китай. Однако, захватить его с налету не вышло: Пекин пищал что-то про агрессию в Лиге наций, Лига наций "выражала озабоченность", а, главное грозно надували щеки англичане с американцами. Ссориться с ними Токио было пока не с руки, потому там пошли другим путем – брать, что плохо лежит. Хуже всех в регионе лежала Маньчжурия. Вот японцы и вошли туда с немалым войском в 1931 году, а год спустя создали на ее территории марионеточное "государство" Маньчжоу-го, бывшее, по сути дела, самурайским плацдармом для покорения Монголии и Китая. В планах также был захват всего советского Дальнего Востока – после 1905 года в Токио были уверены, что с этим проблем не возникнет.

За Китай самураи всерьез взялись в 1937 году. В Европе полыхала Испания. Британия, США и Франция вовсю обхаживали Третий рейх, не зная, кого бы из тамошней "мелкоты" еще скормить фюреру, чтобы он быстрее обратил свои полчища против СССР и в Токио вполне резонно решили, что уже можно. До обуздания имперских амбиций Японии у "больших" сперва руки не дойдут, а потом – пусть только попробуют! В принципе, не ошиблись. Те же США исправно снабжали стирающую с лица земли китайские города и села императорскую армию горючим и не морщились. Да и остальные "цивилизованные страны", еще недавно клятвенно обещавшие Пекину блюсти его суверенитет, тоже особо не возражали. Единственным неприятным сюрпризом для самураев стало немедленное, практически, вмешательство в эту войну Советского Союза, причем как раз на стороне китайцев. Советская помощь была весьма внушительной – одними только военными советниками и поставками оружия не ограничивались, целые заводы по производству оружия строили. Да и тем, чтобы лично пощипать перья японским асам сталинские соколы тоже не гнушались. Самураи, крепко обозлившись по этому поводу подумали, что теперь как раз и настало самое время разобраться с возомнившими о себе русскими, напомнив им Цусиму и Порт-Артур…

Спасительный "Маки-мираж"

Нельзя сказать, что к этому моменту наша страна была совсем уж неспособна сбить спесь со снова потянувшимися за катанами самураев. Все-таки РККА образца 1937 года, это была вовсе не РИА года 1905-го. Но и Сталин был совсем не Николаем ІІ. Заваруха на Дальнем Востоке в данный конкретный момент, и вообще раньше, чем японцам однозначно можно будет врезать по зубам так, чтоб надолго зареклись строить в отношении СССР дурацкие завоевательные планы, была ему не нужна. Серьезные проблемы такого рода Иосиф Виссарионович привык решать с помощью разведки – вот перед ОГПУ а, впоследствии НКВД и была поставлена задача: обеспечить японцев таким количеством дезинформации о "непобедимости" и "огромных силах" Красной армии на Дальнем Востоке, чтобы они о нападении на него и думать забыли. По крайней мере, до тех пор, пока эта "деза" не превратится в реальность. Это и было выполнено в точности. О блестящих операциях "Маки-Мираж", "Мечтатели" и прочих, в результате которым самураям на оттопыренные уши было навешано столько отборнейшей "лапши", что они и вправду резко притормозили со своими амбициями, написаны замечательные документальные книги. Вот только известны они, увы, в основном, в узких кругах, в отличие от романов Семенова или Богомолова.

Как, кстати, и имя Лазаря Израилевского, ключевой фигуры в этой колоссальной кампании дезинформации, филигранно "подставленного" чекистами японской разведке. "Завербовавший" получившего впоследствии от японцев агентурную кличку "Старик" пронырливого и вездесущего коммивояжера "Дальгосторга" генштабист Кумадзава Садаитиро ужасно гордился этой большой удачей. Конечно – столько сведений, столько новых возможностей! Ну, не мог же он знать, что через его "агента" в Страну Восходящего солнца будут внедрены ценнейшие для советской иностранной разведки кадры – в частности, легендарный Рихард Зорге, принесший самураям просто неимоверное количество проблем. Впрочем, это был, так сказать, "побочный" эффект развернувшегося в 30-е годы невидимого миру, но колоссального по своим масштабам противостояния спецслужб СССР и Японии. Главная цель – заставить Токио поверить в то, что лезть к советским границам будет себе дороже также была достигнута. Наша страна получила достаточно времени на подготовку к "теплой встрече" с самураями, которая, впрочем, могла бы и вообще не состояться до 1945 года, если бы не… Если бы среди дальневосточных чекистов не нашлась гнида. Всего одна, зато какого масштаба! Речь о самом, пожалуй, высокопоставленном предателе-перебежчике среди советских чекистов – начальнике управления НКВД по Дальнему Востоку, комиссаре госбезопасности 3 ранга (генерал-лейтенант по шкале званий РККА) Генрихе Люшкове.

Тем, кто сегодня продолжает верить бредням о "надуманности" жесточайших "чисток", проводившихся в 1937-1938 году в советских "органах", я весьма настоятельно рекомендую ознакомиться с историей именно этого морального урода. Вот этого-то как раз и не "вычистили" во время разгребания в НКВД всего того, что там развел его тезка, Нарком Генрих Ягода. Даже на повышение отправили! Вот Люшков и отколол номер – 13 июня 1938 года "дернул" к японцам так, что только пятки засверкали. Через границу, что характерно, двинул в полной форме и при всех регалиях. Наверняка, чтоб не шлепнули второпях и с перепугу. Оказавшись на сопредельной территории, Люшков немедленно ринулся к японской разведке, которой и предложил свои услуги, что называется, во всех мыслимых и немыслимых видах, позах и смыслах. И так немногословные, японцы, наверняка, вообще онемели от удивления, а потом предложение с самым неподдельным восторгом приняли. Уж Люшков и расстарался! О "сталинских репрессиях" он прямо-таки разливался соловьем, вещая о том, что "все обвиняемые в заговорах и шпионаже совершенно невиновны", улики против них "сфабрикованы", а показания "выбиты жуткими пытками". Да вот он сам, кстати и выбивал. Может показать, как. Не надо? Тогда вот вам, господа самураи, прекрасный план покушения на самого Сталина: "Зуб даю, все получится – лично в бытность начальником УНКВД по Азово-Черноморскому краю систему безопасности разрабатывал для Мацесты, где куда он ванны ездит принимать. Вот там мы его и протопим за милую душу!" Нет, ну какова гнида…

Тяжкие уроки Хасана

План ликвидации Вождя, предложенный Люшковым, японцы попытались претворить в жизнь незамедлительно. Ну, ни черта у них, понятно не выгорело. Однако же, главный вред, нанесенный этим иудой, заключался в другом. Прежде всего, он выложил самураям всю подноготную плана "Маки-Мираж" и растолковал, что их водят за нос, причем уже далеко не первый год. При этом предатель не просто подробно, а с точностью до метра, до глубины последнего окопа описал все позиции РККА на Дальнем Востоке, указал дислокацию, состав и вооруженность всех сосредоточенных там (и не только там!) воинских подразделений, о которых ему было известно. А знала эта сволочь ой, как немало… Вплоть до самых секретных кодов радиообмена НКВД и РККА, которые он тоже поднес японцам на блюдечке и с глубоким прогибом позвоночника. Вот именно после этого ручонки у самураев и зачесались. Нет, провокации, обстрелы, попытки "маленько подвинуть" границу в свою пользу они предпринимали чуть ли не ежедневно, начиная с того момента, когда под боком у СССР "нарисовалась" Маньчжоу-го, битком набитая японской солдатней. Однако ж, до 1938 года окаянные соседушки более или менее знали меру и окончательно берегов не теряли, опасаясь крепко огрести по рогам от "огромных", как они полагали сил РККА, прячущихся где-то там, в далеких сопках. После откровений Люшкова этот страх ослаб настолько, что они полезли к Москве с самыми натуральными территориальными претензиями! Завякали что-то там про "вывод войск с незаконно оккупированных территорий" и тому подобное. Ну, да, ничего не меняется…

Бои у озера Хасан были, по сути дела, первой "пробой сил" японцев. Вроде бы пограничный конфликт, не более. Однако, участвовали в нем, по разным оценкам, до 15 тысяч советских пограничников и военных и более 10 тысяч японцев. Применялись танки, авиация, артиллерия, боевые корабли. Схватка была куда как нешуточной – потери с каждой стороны убитыми считались на сотни человек, а ранеными перевалили за две с половиной тысячи и у нас и у японцев. Как бы то ни было, раздухарившихся самураев сперва вышибли с занятых ими сопок и высот, а потом погнали на маньчжурскую территорию, откуда они принялись огрызаться артогнем. Сообразив, что с "маленькой победоносной войной" не складывается, Япония через своего посла в Москве запросила прекращения огня, пообещав уважать имеющиеся границы и больше не наглеть. На том и порешили. Отличившимся присвоили новые звания, раздали награды – от только что учрежденных медалей "За отвагу" и "За боевые заслуги" до званий Героев Советского Союза. Был даже учрежден специальный нагрудный знак "Участнику Хасанских боев". Кстати, среди удостоившихся наград имелось и около полусотни женщин – жен и сестер пограничников, в трудную минуту оказавшихся настоящими боевыми подругами. Ну, а закончив с поощрениями, принялись за самый, что ни на есть суровый "разбор полетов", ибо было что разбирать… Командовавшего Дальневосточным военным округом, перед событиями на Хасане спешно преобразованным в Дальневосточный же фронт маршала Василия Блюхера, кавалера орденов Красного знамени и Красной звезды за номерами 1, наши либералы-реабилитаторы по сей день выставляют "невинной жертвой массовых репрессий". Однако, на самом деле все обстояло несколько не так…

Да ни шиша не так оно обстояло, если говорить правду! "Японского шпиона" Блюхеру навесили уже посмертно, так сказать, чтоб не смущать умы рядовых красноармейцев и вообще граждан. А вот с должности поперли и в камеру отправили за вполне конкретные грехи, более, чем реальные. В секретном приказе № 0040, подписанном Наркомом обороны СССР 4 сентября 1938 года говорилось об "огромных недочетах в подготовке Дальневосточного округа", выявленных в ходе Хасанских событий. Ну, это очень и очень мягко сказано! К войне округ оказался не готов именно, что от слова "совсем". Нормальные дороги для переброски войск вдоль границы, долговременные позиции, огневые точки – все это принялись строить только после того, как от командования отстранили "великого маршала". Да о чем говорить, если солдат Дальневосточного приходилось обучать … "действиям с малым шанцевым инструментом"! А говоря по простому – тому, как окапываться в полевых условиях, а не гибнуть зазря под японскими пулями. Чему ж их там Блюхер в таком случае учил? Разве, что маршировать под "Интернационал". Вообще говоря, после Хасана переучиваться с учетом полученного ценой крови опыта пришлось чуть ли не всем. Танкистам – уяснить, что не стоит переть в дурные лобовые атаки на легеньких Т-26 с броней, худо-бедно спасавшей от пуль, но насквозь прошиваемой артиллерией и противотанковыми ружьями, с которыми они там впервые и столкнулись. Военным медикам – правильной эвакуации раненых и нормальной организации санитарной службы в войсках, как таковой. Задач хватило на всех, поскольку было понятно, что Хасан – это не конец истории, а только ее начало.

"И летели наземь самураи…"

Всерьез попробовать разбить Красную Армию японцы попытались, не вытерпев и года. На сей раз все было куда серьезнее. Территориальные претензии были выдвинуты уже не СССР, а Монголии, что, впрочем, сильно дела не меняло. Монгольская народная республика была на тот момент для нашей страны, фактически, единственным братским социалистическим государством во всем мире. Отдавать на растерзание самураям сильно измельчавших потомков Чингисхана в Кремле не собирались. Тем более, что и договор соответствующий, насчет военной помощи, имелся. 57-й особый корпус РККА, развернутый на монгольской территории именно в соответствии с этим соглашением, и стал той основной силой, что принялась учить уму-разуму окончательно зарвавшихся японцев. Именно на посту командующего этим соединением, во время боев на Халхин-Гол и взошла полководческая звезда Георгия Жукова, будущего Маршала Победы. Впрочем, участвовали в этих событиях многие выдающиеся советские полководцы – Конев, Федюнинский, Ремизов, и другие. Эти события стали для нашей армии настоящей проверкой на прочность, экзаменом. Который она с честью выдержала, начисто отбив у японцев желание зариться на русские земли. "Мираж" все-таки стал правдой. Теперь мы были готовы…

Никаким "приграничным конфликтом" или локальным столкновением те схватки, конечно же, не были. Настоящая война, без дураков! Недаром же в Японии ее и называли всегда не иначе как "второй русско-японской войной". С нашей стороны в сражениях принимали участие 57 тысяч человек, а противник и вовсе задействовал более 75 тысяч солдат и офицеров, как своих, так и маньчжурских. Да, начиналось все в мае 1939 года с приграничных стычек, молниеносных рейдов и налетов. Но это было только прощупывание. Уже в июне-июле в зоне конфликта развернулись полномасштабные боевые действия, сперва в воздухе, а после – и на земле. В сражении у сопки Баин-Цаган с обеих сторон было задействовано четыре сотни танков и бронемашин, сотни орудий и самолетов. Потерявшие там всю свою "броню", почти всю артиллерию и 10 тысяч солдат убитыми японцы этот эпизод войны иначе, как "побоищем" не называют. Самый масштабный воздушный бой состоялся, кстати, буквально за день до заключения перемирия – 207 наших боевых машин сошлись в небе со120 японскими. Надо сказать, что изначально в воздухе царили как раз самураи – сказывалось отсутствие боевого опыта у наших пилотов. Однако, этот вопрос был решен самым кардинальным образом: на Халхин-Гол была переброшена группа лучших "сталинских соколов", прошедших Испанию и Китай. Одних только Героев Советского Союза в ней было 17 человек. Да и техники новейшей подбросили – вплоть до НУРС "воздух-воздух", тех самых которые впоследствии наводили ужас на фрицев, выпускаемые из легендарных "Катюш". Уже в июне месяце положение удалось переломить. Потери японцев в воздушных боях составляли к нашим 3:1. И летели наземь самураи…

Бои на реке Халхин-Гол показали неоспоримое преимущество Красной армии перед японской. Чего не коснись – наши воины были лучше. Урон, наносимый врагу артиллеристским огнем по сравнению с боями на Хасане, увеличился вдвое. Итоговые потери РККА были в два с лишним раза меньше японских. В долгосрочной "войне нервов", последовавшей перед развязкой, нам тоже удалось переиграть противника. Обе стороны готовились к решительному удару, вопрос был в том, кто успеет первым… Умело созданной дезинформацией (в том числе и специальным применением легко расшифровываемых радиосообщений с ложными данными) о том, что Красная армия собирается не наступать, а сидеть в глубокой обороне, японцев заставили расслабиться и принять решение не торопясь получше подготовиться к атаке. Наше наступление, начавшееся 20 августа стало для них громом с ясного неба. Первые несколько дней командование их армии, судя по его беспорядочным метаниям, вообще не могло понять, что происходит. А когда поняло, было уже поздно. Некоторые горячие головы в РККА разошлись настолько, что предлагали не останавливаться на изгнании самураев с территории Монголии, а гнать их и дальше, в Маньчжурию, и уж там прищучить как следует. Успокоил их лично товарищ Сталин, пообещавший кой-чего поотрывать слишком ретивым воякам, пытающимся, по его словам, "развязать большую и длительную войну". Впрочем, и достигнутых результатов с лихвой хватило для того, чтобы подписавшие сперва соглашение о перемирии, а затем, в 1941 году и Пакт о нейтралитете с СССР самураи сидели всю Великую Отечественную тихонько, как мышь под метлой, несмотря на все уговоры Гитлера.

Ах, да, про песню я совсем забыл! Знаменитые "Три танкиста" и вправду считаются произведением, посвященным боям на Халхин-Голе. Поскольку прозвучали впервые в 1939 году в прекрасном советском фильме "Трактористы" в исполнении Николая Крючкова. Однако, на самом деле автор "танкистов" ввиду имел все-таки Хасанские события. А прототипом ее героев стал экипаж танка БТ-7, оставленного сперва для охраны в военном городке, но умудрившегося-таки упросить командование "отпустить повоевать"… Все его члены прожили долгую и славную жизнь, во время Великой Отечественной воевал только один из них – Василий Агарков, удостоенный за доблесть звания Героя Советского Союза. Двое других – Сергей Румянцев и Николай Житенев трудились в тылу, создавая и ремонтируя боевую технику. Последнее свое интервью они дали журналу "Огонек" в 1985 году. Далее у отечественных СМИ появились совсем другие "герои"…

Время идет, мелькают десятилетия, однако, ни одна война, большая или малая, и, тем более, ни один солдат, в каком бы бою он ни сражался за нашу общую Родину, не должен быть забыт нами – если мы хотим, чтобы Родина жила.